Верхом на улитке [Сергей Донатович Довлатов] (fb2) читать постранично
[Настройки текста] [Cбросить фильтры]
- 1
Сергей Довлатов Верхом на улитке
…А все, что друг мой сотворил, От Бога, не от беса Он крупного помола был, Крутого был замеса!..Лично я воспринимаю успех Михаила Шемякина на Западе как персональное оскорбление. Его успех оглушителен до зависти, мести и полного твоего неверия в себя. Молодой, знаменитый, богатый, талантливый, умный, красивый и честный… Можно такое пережить без конвульсий? Не думаю… Я не специалист и не буду оценивать живопись Шемякина (тем более что ее уже оценили. Небольшая картина продана за 90 000 долларов). Меня, откровенно говоря, волнует не живопись Шемякина, а его судьба. Вот – пунктиром – несколько штрихов биографии. Отец – полковник кавалерии. Мать – актриса. Отец, ревнивый кавказец, берет жену на фронт. Хрупкая служительница Мельпомены участвует в конных атаках и рубится шашкой. Где-то над обломками Кенигсберга восходит звезда Михаила Шемякина. Затем (отец военный) – немецкая школа в здании бывшего гестапо. С 57 года – Ленинград. Отвратительная коммуналка. (Отец и мать, по-видимому, развелись.) Средняя художественная школа. Увлечение старыми мастерами. Пренебрежение соцреализмом. Группу подростков выгоняют из СХШ. Они работают и учатся самостоятельно. Примерно в эти годы Шемякин изобретает злополучный «метафизический синтетизм» (стоивший ему двух психбольниц и принесший мировую славу). Термин, конечно, мудреный. Скажем так: Основы жизни и основы культуры – совпадают. Художник движется к основам, не выявляя, а преодолевая свою неповторимую индивидуальность. (Шемякину хорошо. Сначала выявил, да еще как, а затем уж и преодолеть не жалко.) Личное (Я) – временно и тщетно. Вечно – общее (жизнь, природа, культура). И разумеется – Бог как выражение самого общего начала… С облегчением вздохнем и продолжим. Шемякин работает грузчиком. Оформляет книги. Якшается с подозрительными иностранцами (а какой иностранец не подозрителен?!). Дерзит КГБ. Короче, привычный советский детектив, без выстрелов, но с жертвами. Затем эмиграция, слава, назойливые корреспонденты… В Ленинграде я Шемякина знал мало. А теперь знаю еще меньше. Хотя вспоминается и наше знакомство, и какие-то разговоры… Сейчас мне хочется думать, что было какое-то особое впечатление. Было ли? Шемякин тогда не очень выделялся. В Ленинграде тысячи претенциозных молодых художников. И кудри неаполитанские у многих, и брюки с заплатами из отцовских портфелей. Вспоминается Шемякин дерзким и самоуверенным. – Скоро уеду, – говорит он. – Вы же не еврей (тогда это было сложно). – У меня друзья на Западе. – Влиятельные? – Помпон обещал содействие. – Кто это – Помпон? – Помпиду. Действительно, тогдашний президент Франции, эстет и сноб, любил художества Шемякина. Так он и уехал. Рисовал картины, богател, меценатствовал, пил, достиг величия… Я часто думаю, откуда такие берутся?! Эти голодные недоучившиеся российские мальчики?! С невероятными философскими реформами?! С гениальными картинами?! С романами вроде «Москва-Петушки»?! Кто их создает? Я знаю – кто. Советская власть! Проклинаем ее, и не зря. А ведь создает же! Как это происходит? На голове у каждого художника лежит металлическая плита соцреализма. И давит многотонной тяжестью. Художник тоже напрягается, мужает. Кто-то, сломленный, падает. Кто-то превращается в атланта. Вот так. На голове у западного человека – сомбреро. А у нашего плита… Бродского давили, давили, и что вышло? С Шемякиным такая же история… Вы спросите, а при чем тут улитка? Улитка при том: Можно всю жизнь, подобно Илье Глазунову, копировать русские иконы. И всю жизнь проваляться в материалистической луже. А можно – по-другому. Оседлать, как Шемякин, метафизическую улитку и в безумном, ошеломляющем рывке пробить небесный купол… И что тогда? А тогда – разговор с Небожителем. И тут мы, непосвященные, умолкаем…В. Высоцкий«Посвящается Шемякину»
- 1
Последние комментарии
7 часов 17 минут назад
9 часов 21 минут назад
1 день 6 часов назад
1 день 6 часов назад
1 день 12 часов назад
1 день 16 часов назад